По ту сторону чуда. Фантастико-юмористический детектив - Андрей Буторин

Сашенька вернулась к Мирону. Ей захотелось вдруг близко увидеть эти растерянные, хлопающие пушистыми, как у девушки, ресницами, красивые серые глаза. Не совсем, оказывается, серые – в темных крапинах. Красивые, да…

И все же она спросила, постаравшись, чтобы вопрос прозвучал шутливо:

– Мироша, ты наркоша?

– Это как? – дернул бровями парень.

– Ну, наркотиками не балуешься, часом? Параллельные миры, иные измерения… Они ведь и впрямь существуют. И попасть туда – проще некуда: всего один укольчик. Или таблеточку проглотить. Покурить, опять же, можно…

– Я не понимаю, о чем ты… – нахмурился Мирон. – Если это шутка, то очень плохая. Не говори этого больше никогда. Или я сам тогда… уйду сейчас. И все.

– Что все? – удивилась Саша. – Я тебе так сильно не нравлюсь?..

Мирон ощутимо вздрогнул. Снял очки и принялся их усиленно тереть пальцами в вязаных перчатках. И опять наклонил голову, но теперь – чтобы скрыть краску смущения. Но все-таки произнес, хоть и очень тихо:

– Ты мне очень нравишься. Только есть такие вещи… о которых нельзя вот так… Тем более тому… тому…

– Ну, что ты заладил: «Тому, тому»!.. – вспыхнула Сашенька. – Пошутить нельзя?

– Такими вещами не шутят.

– Ой, да ладно. Не буду, раз уж ты такой щепетильный. Ты мне лучше скажи, что я там у тебя дома увижу? Только предупреждаю еще раз: начнешь насчет иных измерений – уйду уже окончательно.

– Да не знаю я, что!.. – замахал руками Мирон. – И вообще… – Парень замер вдруг с раскрытым ртом.

– Что еще? – нахмурилась Саша. – Очередная Муза посетила? Опять начнешь сочинять? Я предупре…

– Погоди! – вытянул растопыренную ладонь Мирон. Недавний румянец на его лице сменился бледностью. Парень уронил руку и пробормотал: – Ничего ты у меня дома не увидишь. Ты самого дома не увидишь скорее всего.

– Опять?! – вскинулась Сашенька. И сделала движение, будто собралась поворачиваться.

– Погоди, – повторил Мирон, но уже так тихо, что девушка еле услышала. – Не бросай меня тут…

Парень поднял вдруг голову и огляделся. Судя по тому, как менялось выражения лица, он вообще впервые увидел, где находится. Впрочем, солнце уже село, на город опустился густой сумрак, и в свете зажегшихся фонарей ничего особенного, кроме фасадов зданий, проносящихся по проспекту автомобилей, да редких прохожих, рассмотреть было нельзя. Но, похоже, Мирону и этого оказалось достаточно.

– Другое… Все другое… – прошептал он. – Как же я днем всего не заметил?.. Ведь другое же все… – Вспомнив о Сашином «последнем китайском предупреждении», Мирон зажал рот ладошкой.

– Ладно уж, – буркнула та, видя, что парень нешуточно переменился в лице. – Что «другое»?..

– Автомобили, дома… Есть похожие, но в основном… Правда, вот это здание я узнаю, – показал он на трехэтажный дом по другую сторону улицы, девятнадцатого еще, пожалуй, века. – И вот это… Вроде бы… Цвет только другой. И вывеска. У нас в нем магазин. А тут… по-английски почему-то…

– Так это магазин и есть, – сказала Саша. – А по-английски… Ну, для понта это. Так красивей многим кажется. Привлекательней.

– Привлекательней русского? Да что у вас тут творится?!

– Ты опять? – нахмурилась Сашенька.

– Молчу, молчу!.. – испугался Мирон. – Ты ведь сама спросила…

– Спросила, на свою голову… Мало ли что «другое»! Может, ты из другого города просто, вот и другое. Сколько случаев, когда люди память теряют. Очнутся в другом городе – и ничего не помнят. Я и подумала: вдруг и ты так. Может, правда? – В глазах девушки вспыхнула надежда. – Мало ли похожих зданий в городах…

– Да отсюда я, – поморщился Мирон. Он и опасался говорить с Сашей на «запретную» тему, и удержаться никак не мог. Поэтому закончил чуть ли не шепотом: – Я точно из этого города. – А потом он все же сказал чуть громче: – И ладно бы только здания, они и впрямь могут быть похожими в разных городах, но автомобили!..

– А чем тебе не нравятся автомобили? Вон, какие красивые тачки!

– Они все прилизанные какие-то. Словно не русские.

– Так половина, если не больше, и так не русские.

– А какие же?..

– Всякие. Японские, немецкие, американские…

– Но почему?! – Мирон замер на месте, задыхаясь от недоуменного возмущения.

– Да потому что они лучше! – затрясла кулачками Сашенька. – И не придуряйся, умоляю тебя! Никогда не поверю, чтобы даже в параллельном мире «Жигули» были круче «Мерседеса»!

– «Жигули» я не знаю, что такое. А вот «Князь Владимир», например, во много раз лучше «Мерседеса». Да и «Рубеж» тоже. Правда, «Рубеж» другого класса…

– Погоди, какой «Князь Владимир»? – скривилась в ухмылке девушка. – «Москвич», что ли, недоделанный?..

– Да ты что? – Матвей замахал руками, словно мельница крыльями. Судя по всему, автомобильная тема была ему очень близка. – О «Москвиче» я вообще не говорю. Это же авто представительского класса! На нем сам Великий князь ездит! Такой машине твой «Мерседес» в подметки не годится!.. А уж американские автомобили – это же смех один! У нас все слизано. И про японские – не надо меня смешить! Какие еще автомобили в Японии? Они и велосипеды-то в Китае покупают.

– Ну, все! – притопнула Сашенька и сунула в бока руки. – Если раньше ты просто врал, то теперь – заврался окончательно! Такие фантазии папа даже в рассказы свои постеснялся бы вставить. Все, прощай. И теперь уже навсегда!

Девушка опять стала разворачиваться, но краем глаза успела заметить, что Мирон на нее не смотрит. И даже не отреагировал на ее замечание… Саша решила погодить с окончательным уходом. Хотя бы до выяснения странного поведения юноши.

Юноша же глядел, не отрываясь, на небольшой двухэтажный – и двухподъездный – домик. Совсем неказистый и старый, скорее всего еще дореволюционной постройки, притулившийся в конце узкого переулка, до которого они как раз успели дойти.

– Чего еще? – пробурчала Сашенька. – Императорский дворец узрел?

– Нет, – сухо ответил Мирон. – Это мой дом. Он здесь есть.

– Прекрасно! Наконец-то хоть что-то у тебя сошлось. Может, на поправку пошел? Или врать устал?

– Я не врал, – рассеянно прокомментировал слова девушки Мирон. – И не болел. А это на самом деле мой дом. Но…

– Что еще?

– Давай подойдем ближе…

– Пошли. Но давай уж и правда без фокусов, а? Я на самом деле устала. Может, тебе и кажется, что так ты выглядишь оригинально и от этого больше нравишься девушкам, но поверь, что это не так. Перебор – он во всем вреден.

Саша продолжала читать Мирону мораль о вреде излишнего оригинальничания, на что в ответ не услышала ни реплики, пока они не подошли к самому дому. Вблизи тот оказался еще более убогим, чем издали. Да и то его спасало отсутствие в непосредственной близости фонарного столба. Точнее, сам-то столб имелся, но лампочка в нем не горела.